Основатели детского центра социального развития Анна Зайцева и Наталия Захарова: «Взрослые и дети всегда могут договориться»


Подпишитесь на рассылку сайта

Ваш ребенок слишком активен, агрессивен или, наоборот, замкнут и не может найти общий язык со сверстниками? Что является причинами таких проблем, как научиться понимать ребенка, замотивировать его на учебу и какие опасности таит школьное портфолио, cherinfo.ru рассказали руководитель детского центра социального развития «Три кита» Анна Зайцева и психолог центра Наталия Захарова.

— Насколько распространены поведенческие нарушения у детей и какой возраст наиболее опасен?

Анна Зайцева: Детей с нарушением поведения очень много. Это отмечают и школы, и детские сады. И проявляться проблемы стали в более раннем возрасте. Раньше серьезные особенности возникали в основном у подростков, теперь же наблюдаются и у младших школьников. Уже в начальной школе много проблем, которые приводят к серьезным заболеваниям — энурезу, энкопрезу.

— В чем, по вашему, причина такой ситуации? Детям вроде бы и вредничать некогда: нагрузки в школе, плюс дополнительные занятия, образовательные курсы, кружки.

Анна Зайцева: В этом-то и проблема. Идет перекос в сторону образования, получения навыков, знаний. Меньше внимания уделяется воспитанию, досугу, обучению навыкам общения. Родители стремятся подготовить ребенка к школе. Считается, что главное — научить считать и писать, чтобы он был успешным в учебе. А навыкам общения уделяется меньше внимания. Плюс родительская занятость. Система образования тоже направлена на обучение, а не на воспитание ребенка. Отсюда и проблемы в поведении детей.

— Получается, нужно смещать акценты в сторону воспитания?

Наталия Захарова: Именно! Нужно учить детей общаться, выражать свои мысли через речь, грамотно спорить, доказывать свою точку зрения не с позиции кулаков, а словами. Для нас главное — чтобы ребенку комфортно жилось в обществе. Образно говоря, социальное развитие стоит на трех китах: самостоятельное мышление, грамотная речь и умение общаться. Эти три задачи мы ставим перед собой, поэтому центр назвали «Три кита».

— Что может стать причиной девиантного поведения детей? Ведь ребенок не так просто начинает кусать других, кричать…

Анна Зайцева: Чаще подоплекой становится комплекс проблем: социальные и биологические факторы, особенности физиологического и психического развития, специфика окружающей среды. Иногда родителям необходимо обратиться к невропатологу, подключать других специалистов. Бывают случаи, когда ребенку нужно помочь медикаментозно. Зачастую родители считают, что они правильно воздействуют на ребенка, включая дисциплинарную модель, когда ребенка сильно строжат. А он не может дать того, чего от него хотят. Просто на него не действует дисциплинарная модель. Но при этом ребенку плохо, когда его постоянно ругают, сравнивают с кем-то, наказывают. По сути, родители сами себя загоняют в замкнутый круг.

Наталия Захарова: Могут быть и травмирующие события в семье. Это может быть потеря близких, страх. У нас был случай, когда из семьи ушел отец, но этот факт долго скрывали от ребенка. А ведь дети многое понимают. Мысль, что у него нет отца, что он не защищен, вызывала у ребенка агрессию по отношению к другим детям. Так он пытался компенсировать свой страх, тревожность, думал, что ему нужно защищать себя, хотя для этого не было повода.

 

— Получается, в зону риска попадают в основном семьи в сложной жизненной ситуации?

Наталия Захарова: Не всегда. В группу риска входят семьи и с высоким, и с низким достатком, с разным уровнем образования родителей. Самое главное происходит на уровне контактов: кому-то достаточно любви, которую дает мать, а для другого этого же объема недостаточно. Важно понять конкретного маленького человека. Одно и то же действие одними воспринимается как недостаток любви и внимания, а другими — как переизбыток: «что я маленький, что меня постоянно сопровождают, разговаривают». Ревность к другому ребенку тоже может быть причиной девиантного поведения. Значит, у родителей не хватило сил и терпения, чтобы правильно подготовить старшего ребенка.

— Если говорить о подготовке к школе, то как правильно расставить акценты?

Наталия Захарова: Мы считаем, что подготовку нужно направить на социализацию ребенка: научить договариваться, слушать инструкции, уметь выделить главное, понимать, что педагог обращается к большому количеству детей, и его это тоже касается. Такая позиция, конечно, не исключает традиционную подготовку к школе. Но детям сейчас тяжело усваивать знания именно в коллективе. Индивидуально усваивают прекрасно, а в группе тяжело слушать, чем-то делиться, не отвлекаться на другие предметы. Особенно это касается детей шести-семи лет.

Анна Зайцева: В последнее время все направлено на достижение личного успеха. Дети не признают чужой успех. Если ребенок не первый, значит, это уже провал. Они очень остро реагируют на это. Отсюда и поведенческие проблемы, истерики, детям трудно работать в группе.

— А как же дух соперничества, развитие лидерских качеств? Сейчас ведь даже портфолио собирают с детского сада.

Наталия Захарова: Формируют портфолио личностных достижений, а дальше у ребенка только «я, я, я». Но не факт, что это поможет ребенку стать успешным. Неизвестно, как пойдет развитие ребенка и что будет мерилом успешности — количество бумаг, которые ребенок копит? Я считаю, что это опасный эксперимент.

— Многие дети уже в начальной школе не хотят учиться, родителям приходится идти на разные уловки, чтобы засадить чадо за уроки. В некоторых семьях все поставлено на материальную основу: сделай уроки, а я тебе куплю то-то, прочитай рассказ — я тебе разрешу это… Это правильная позиция или нужно по-другому мотивировать детей?

Наталия Захарова: Если родители хотят всю жизнь откупаться, тогда пусть формируют такую привычку. С точки зрения здравого смысла это неправильно. Учеба, знания необходимы самому ребенку. И переложить ответственность за это нужно на ребенка. Школьник должен понимать, зачем он учится. Раньше не было столько мультфильмов, и мне, например, хотелось научиться быстрее читать. Но если «двое из ларца» все сделают за ребенка, то он не будет понимать, зачем его заставляют читать. Очень важно запустить познавательный интерес. От внутреннего желания многое зависит: когда я сам хочу, тогда я горы сворочу. Если родители много читают, многим интересуются, ставят вопросы перед ребенком и перед собой, просто и логично объясняют, то и ребенок включается в этот поисковый интерес.

Анна Зайцева: Если неправильно сформировали мотивацию на учение, начали учить ребенка с трех-четырех лет, то к школе интерес к учебе пропадает. Прежде чем учить ребенка читать, нужно создать базу, ориентируясь на конкретного маленького человека. Если не развита речь, ребенок не может повторить простейшую фразу, не умеет анализировать, то какой смысл учить его читать? Он должен сначала научиться понимать, пересказывать то, что ему прочитали.

— В каком возрасте капризы детей можно считать за норму, а когда пора волноваться?

Наталия Захарова: В четыре года такое поведение — отчасти норма. Тем не менее, уже в этом возрасте нужно формировать у ребенка желание сопереживать. А когда поведенческие проблемы наблюдаются в старшем дошкольном и младшем школьном возрасте, то что-то упущено. На занятиях мы чуть меньше обращаем внимания на то, сколько ребенок усвоит знаний. Главное — чтобы он научился учиться.

Анна Зайцева: Если в детском саду ребенок отказывается заниматься в коллективе, проявляет агрессию, капризничает, то это наверняка следствие дисциплинарной модели воспитания. Когда в группе 25 детей, то воспитатель вынужден, как правило, игнорировать или подавлять плохое поведение ребенка — лишь бы остальных научить. Нужно организовать такого ребенка, чтобы ему захотелось работать с коллективом, чтобы он не бил, не кусал, не лягал других детей. В группы, где есть дети с нарушением поведения, мы выводим двух педагогов, одному не справиться.

— Какие способы наиболее действенны? Есть ли какие-то «лечащие» методики?

Анна Зайцева: Мы в основном используем авторские методики. Так, практикуем занятия по программе «Театральный калейдоскоп». Это коррекция нежелательного поведения средствами театра. Применяем коммуникативные игры, учим детей общаться. Потом дети сами пишут сказку, выбирают образы, продумывают характеры. Герои бывают очень разные: был страшный паук, тень, злобный щенок, злобный робот, капризная принцесса, богатырь, королева гимнасток. Когда персонажи определены, мы вместе набрасываем сюжет сказки. В театре дети выпускают агрессию, уходит вся эта «гадость». Финал стараемся сделать позитивным, чтобы добро побеждало зло. Театротерапию можно и дома использовать. Если трудно объяснить какую-то ситуацию, то про это можно сочинить сказку и таким образом докопаться до проблемы и решить ее безопасно.

Наталия Захарова: В одной из сказок было два кузнечика. Один владел кунг-фу. Его придумала девочка — просто ангел, робкая, тихая, а ее герой должен был уметь драться, владеть приемами. Приведу еще показательный пример: мальчик выбрал себе роль Кровавой руки. Рука всю постановку пугала всех в королевстве. Потом ребенок сказал, что его заколдовали, и поэтому он стал злым. В итоге чары спали, и Кровавая рука превратилась в дерево. Когда мальчик играл, это был сильный эмоциональный момент, он преображался. Мы не говорим, что у ребенка на этом закончились проблемы. Нет, но это как кирпичики, это лечит.

— Дети с проблемами в поведении занимаются в отдельных группах или вместе со всеми?

Наталия Захарова: Если в группе все дети с проблемным поведением, то коррекции не произойдет. Должно быть две трети детей с нормальным реагированием. Только в этом случае группа будет целебной. Также мы приветствуем разновозрастные группы: дети начинают заботиться друг о друге, быстрее друг у друга учатся.

Анна Зайцева: Плюсы есть и для детей с нарушенным поведением, и для тех, которые учатся с ними взаимодействовать, учатся реагировать на такое поведение. Если ребенок начинает обзываться, то нужно объяснить ему, как можно по-другому сказать. А другим не нужно на это реагировать, кидаться в драку. Просто нужно понять, почему ребенок так себя ведет. У нас была ситуация, когда мальчик принес красивые фломастеры. Другому ребенку, с нарушенным поведением, захотелось порисовать этими фломастерами, но он не знал, как попросить, поэтому начал мальчика обзывать, цеплять, а тот не понимал, что происходит, что нужно просто предложить фломастеры. Нужно находить плюсики у каждого ребенка, и, как показывает практика, через какое-то время дети учатся находить положительное даже у особенного ребенка.

— Очень часто на детей с девиантным поведением одноклассники, взрослые практически вешают ярлыки — хулиган, неуч, всем мешает. Что с этим делать, как заставить ребенка поверить в себя?

Анна Зайцева: Все зависит от возраста. Маленький ребенок еще не осознает этого. Дошкольник понимает, что его часто ругают, ему от этого нехорошо, иногда даже страшно, из-за этого может быть энурез, у кого-то агрессия, которая может распространяться не только на окружающих, но и на самого ребенка. У нас была девочка, которая начинала себя кусать, когда считала, что совершила нехороший поступок. Когда пытались ее остановить, она продолжала себя кусать и говорила, что она плохая.

Наталия Захарова: Реакция взрослых в этой ситуации — это лечащий фактор, нужно принимать ребенка таким, какой он есть. У нас был мальчик, который говорил, что все дети плохие, но мы убеждали, что к нам ходят только хорошие дети, и он в их числе. Потом его восприятие изменилось. Оценка — это самое главное, что подталкивает детей к такому поведению. Часто родители неосознанно вбивают ребенку, что он неуспешен, поэтому дети сопротивляются учебе, ведут себя соответствующе. Также нужно учить детей после ссоры мириться, разбираться, почему произошел конфликт. И не нужно заставлять извиняться здесь и сейчас. Это унижение для ребенка, если он к этому пока не готов.

— Как родителям себя вести, если никакие уговоры не помогают, а крики и угрозы только усугубляют ситуацию?

Наталия Захарова: В основе поведения родителей тоже лежит страх и тревога быть неуспешным родителем, не справиться с ребенком, опасение, что ребенок пойдет не по той дороге. Но ведь если бояться плавать, то никогда не научишься… Родителям нужно учиться не критиковать ребенка. Например, если ребенок начинает бить маму, то нужно понять, почему так происходит, а не реагировать агрессивно. Первое действие родителей — не наказать, а спросить, чего хочет ребенок. Взрослые и дети всегда могут договориться. Это не означает, что родители всегда должны идти на уступки, нужно договариваться, на каких условиях интересы ребенка и родителей будут соблюдены.

— Почему вы решили пойти в социально ориентированный бизнес и насколько он оправдал себя?

Наталия Захарова: Интерес был давно, мы много лет работали с детьми с ограниченными возможностям здоровья, в том числе и с проблемами в поведении. Я работала в детском саду компенсирующего обучения и столкнулась с тем, что в городе нет занятий для таких детей. На индивидуальную консультацию родители могут прийти к специалистам, но дальше дело не идет, интерес затухает.

Анна Зайцева: Очень хотелось помочь семьям, в которых есть проблемы с детьми. Хотелось попробовать формы работы, которые не используют в госучреждениях, где все жестко регламентировано. В детском саду, в школе есть свои программы. Но они не могут сделать то, что можем мы. Коммерчески, конечно, выгоднее обычные «развивайки», но хотелось, чтобы родители видели проблемы своих детей и решали их. У нас люди пока боятся психологов. Для многих это практически психиатр, считают, что это уже диагноз. Но если поведение ребенка тревожит, не нужно затягивать поход к специалистам. Этот комок проблем имеет свойство разрастаться. А когда ребенок развивается гармонично, он сам захочет учиться, общаться с окружающим миром.

По данным официального городского сайта www.cherinfo.ru

18 июля 2016