Ежедневный мониторинг законодательства


Подпишитесь на рассылку сайта

Бизнес может получить новые возможности влиять на законопроекты

Вчера на закрытой встрече с президентом представители «Деловой России» пожаловались на то, как сильно меняются законопроекты в Госдуме по сравнению с первоначальной концепцией. Сейчас подготовленные правительством и ведомствами проекты должны пройти оценку регулирующего воздействия (ОРВ, т. е. влияния на бизнес) на двух этапах: во время межведомственного согласования и при нулевом чтении в Думе. Но ко второму чтению могут вноситься поправки, которые серьезно увеличивают нагрузку на бизнес, говорит участник встречи: «Об этом бизнес рассказал Путину, и Путин нас услышал». Президент признал проблему, поясняет предприниматель.

Накануне этот же вопрос бизнес обсуждал с председателем Госдумы Алексеем Нарышкиным, рассказывают участники обеих встреч. Представитель Нарышкина отказался от комментариев, связаться с пресс-секретарем президента вчера вечером не удалось.

Проводить ОРВ перед вторым чтением уже предлагало Минэкономразвития. А открытое правительство выдвигало идею ОРВ всех законопроектов экономического характера – внесенных как правительством, так и депутатами. Госдума – независимая ветвь власти и ОРВ возможна лишь при наличии доброй воли депутатов, пояснял министр открытого правительства Михаил Абызов. «Добрая воля» депутатов есть, говорил Абызов и обещал, что в пилотном режиме ОРВ их проектов будет проводиться в 2015 г. Если же Госдума примет проект вопреки отрицательному заключению, то депутатам придется объяснить, почему проигнорировали оценку, считает Абызов.

ОРВ – тяжелая процедура для чиновников, закон может вызвать недовольство лоббистов и серьезно поменяться, объясняет федеральный чиновник. Поэтому ведомства обходят процедуру, рассказывает он: вывешивают лишь информацию о проекте без его текста или в Думу вносится сырой законопроект, а затем дорабатывается поправками. Ко второму чтению проекта, имеющего хоть какое-то отношение к проблеме, могут через депутатов прицепить все невоплощенные идеи, заключает собеседник «Ведомостей».

«Законы не то что дополняются, а перекраиваются до неузнаваемости», – поддерживает бизнес управляющий партнер «Пепеляев групп» Сергей Пепеляев. ОРВ при втором чтении – компромисс, считает он: «Добавляйте свои поправки, но пусть они не появляются как черт из табакерки». Так, например, появился законопроект о сборах для бизнеса в городах федерального значения, вспоминает Пепеляев. Изначально был законопроект о налоговом маневре в нефтяной отрасли, но при его втором чтении председатель комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров предложил поправки о сборах для 22 видов бизнеса. После ожесточенной критики бизнеса и отрицательной реакции правительства законопроект был радикально смягчен. «Поправки в законопроект, посвященный другим материям, внесенные в последний момент, – абсолютно новый сюжет в предельно жестком виде», – признавал замминистра финансов Сергей Шаталов. Макаров на все обвинения отвечал: законопроекты должны обсуждаться не в кабинетах у чиновников, а публично – для этого и существует Госдума. Ставки и облагаемые сборами виды деятельности предложила Москва, отмечал Макаров, депутаты же лишь вынесли их на обсуждение.

Депутаты могут внести поправки без ОРВ, ввести санкции против них трудно, поэтому возможный выход – обращаться в Конституционный суд, если закон принят с серьезным нарушением процедуры, советует Пепеляев, другой вариант – закрепить на уровне закона, что президент не должен подписывать закон при отрицательной ОРВ. Главное – ограничить неконтролируемый поток внезапных поправок, заключает Пепеляев.

Новые стандарты помогут РФ справиться с импортозависимостью

Специальные ГОСТы появятся для отраслей, которым будет оказана господдержка в работе по импортозамещению. До 2017 года Росстандарт закроет самые "горящие" участки, выпустив около 500 спецстандартов.

Они позволят предприятиям снова наладить серийный выпуск там, где зависимость от импорта оказалась критической. А потом в ГОСТы введут более жесткие, по сравнению с международными, требования к качеству и надежности. Это нужно, чтобы выиграть конкуренцию с импортом, когда производителей перестанет защищать слабый рубль.

Детали программы стандартизации "РГ" раскрыл руководитель Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) Алексей Абрамов. Он также рассказал, что Украина прервала сотрудничество в области стандартизации и, вопреки договоренностям, начала имплементацию европейских стандартов. В июне она может лишиться восьми технических комитетов по стандартизации, которые сейчас закреплены за Украиной в рамках СНГ.

Алексей Владимирович, как стандарт может помочь наладить выпуск продукции, способной конкурировать с импортом?

Алексей Абрамов: Один стандарт ничего не может исправить, это сразу надо понимать. Это лишь один из винтиков в комплексе мер по поддержке промышленности. Даже если мы дадим предприятию весь набор необходимых стандартов, но оставим его без доступа к финансированию, без кадров, консультаций и так далее, то вряд ли чего-то добьемся.

Было бы правильно, чтобы каждый проект по импортозамещению строился по принципу комплексной поддержки: как только принимается решение о выделении бюджетных средств, об инвестициях в какую-то область промышленности, то мы вносим свой вклад, обеспечиваем ее нормативно-техническими документами.

Без этого невозможно наладить конвейерное производство. Ведь и в советское, и в российское время мы не раз доказывали, что штучные экземпляры делаем хорошо, а как только требуется поставить массовое производство с минимальным количеством отказов, начинаются проблемы. Они "зарыты" как раз в культуре производства, в обеспечении контроля на всех критических точках производственного процесса.

В какие сроки будут разработаны эти стандарты?

Алексей Абрамов: На первом этапе, в 2015 - 2017 годах, мы закроем совсем "горящие" потребности в нормативно-технической документации. Это весь спектр продукции и технологий, который определен Минпромторгом России в программе импортозамещения.

В основном речь идет о станках и нефтегазовом оборудовании. Все это мы когда-то производили в достаточных объемах, потом перешли на импорт. Станкостроение у нас совсем пришло в упадок, и в последние годы мы импортировали более 90 процентов станков. А в результате санкций возник дефицит нефтегазового оборудования. Теперь мы должны эти производства перезапустить, причем сделать это нужно сразу в новом качестве, опираясь на современные документы.

Второй этап начнется с 2018 года, когда экономика окончательно выйдет из рецессии, а курсовые соотношения фактически вернутся к докризисному уровню.

И исчезнут преимущества, которые дает слабый рубль...

Алексей Абрамов: Да, и конкуренция станет более жесткой. И вот тут нормативно-техническая база должна обеспечить им другие легальные преференции за счет предъявления более жестких требований по качеству и надежности.

Кстати, этим всегда отличалось советское техническое нормирование, а документы Всемирной торговой организации и сейчас позволяют нам устанавливать более строгие требования по сравнению с международными, если это продиктовано климатическими, технологическими или другими особенностями.

Американские стандарты тоже подойдут

Сколько стандартов предстоит разработать применительно к программе импортозамещения?

Алексей Абрамов: Около 500 стандартов в ближайшие три года. Когда готовили программу и анализировали имеющийся фонд, увидели, что очень многие стандарты, принятые в последние три-четыре года, были по сути дела необходимы именно для импортозамещения. Так что фактически это продолжение нашей плановой работы.

Один стандарт - это один вид продукции?

Алексей Абрамов: Не совсем. Есть стандарты, описывающие методы испытаний, группы функциональных требований к продукции. Например, только на одни насосы для нефтегазовой промышленности может быть несколько десятков стандартов.

Они будут гармонизированы с международными?

Алексей Абрамов: Большинство стандартов будут основаны на международных и европейских документах с некоторыми адаптациями, чтобы наша промышленность могла начать их применять.

На основе заимствований будет подготовлено более 400 документов, из них примерно половина на основе европейских стандартов, другая половина на базе международных стандартов ISO/IEC. Мы готовы использовать и американские стандарты, в частности, описывающие методы испытаний продукции, например ASTM, но их значительно меньше. Остальные стандарты - наши оригинальные разработки.

Делаем ли мы таким образом выбор между инновациями и копированием чужого опыта?

Алексей Абрамов: Выбирать не приходится. Нельзя иметь хорошую стандартизацию, не имея хорошей промышленности в этой области.

Методологически, на мой взгляд, это абсолютно на данном этапе верно, поскольку мы должны нашим предприятиям сказать: вы должны производить так, чтобы конкурировать с американцами и европейцами. Там, где мы можем это сделать. Хотя во многих отраслях мы упустили, как мне кажется, очень многое и догонять нам придется долго.

Мы будем вынуждены идти по пути "вытягивающей" стандартизации, последовательно повышая нормативы, которые промышленностью должны достигаться. Как это, к примеру, делалось с классами моторного топлива. Предприятия понимали, что им нужно к определенному сроку пройти модернизацию, иначе они просто будут закрыты.

Теперь разница в том, что если кто-то не будет подтягиваться до уровня, который задают стандарты, он проиграет в конкурентной борьбе, как только закроется текущее окно возможностей. Я считаю, что предприятия, которые не сумеют освоить выпуск продукции для импортозамещения к 2018 году, потом уже, скорее всего, не смогут сделать рывок.

В этом году какая часть программы будет выполнена?

Алексей Абрамов: Планируем, что около 200 стандартов начнем разрабатывать. Часть из них будет готова уже в этом году, основная масса в первом-втором кварталах следующего года.

Программа не будет статичной, но ее костяк, в принципе, сформировался, в этом участвовали технические комитеты по стандартизации, которые взаимодействуют с предприятиями.

Что делать предприятиям, которые готовы быстро освоить продукцию для импортозамещения, которым стандарт нужен уже сейчас?

Алексей Абрамов: Они через нас или напрямую могут обратиться в ISO или в европейский орган по стандартизации, чтобы получить необходимые документы. Мы же обеспечим их перевод. На старте проектов по импортозамещению это один из возможных путей быстрого восстановления отраслей.

А если в итоге вы примете совсем другой стандарт?

Алексей Абрамов: Если предприятию срочно нужна нормативно-техническая документация, чтобы поставить на производство важную для страны продукцию, мы пойдем навстречу и дадим возможность работать по переводным документам. Росстандарт готов обеспечить промышленность всей необходимой документацией в любом виде, который позволит российским конструкторам и инженерам налаживать промышленное производство.

Как еще можно ускорить стандартизацию?

Алексей Абрамов: Важнейшим каналом получения технологий мы также видим возможность более широкого использования стандартов корпоративного уровня, которые уже апробированы и используются крупными госкомпаниями, такими как "Газпром", "Роснефть", "Транснефть".

Компании готовы делиться?

Алексей Абрамов: Думаю, да, поскольку иначе они рискуют оказаться без необходимого оборудования и комплектующих. Мы считаем, что эти стандарты должны быть раскрыты и переданы компаниям, которые участвуют с ними в кооперации.

Сейчас значительная часть стандартов, не входящих в "тело" техрегламентов, не востребована. Будут ли востребованы эти стандарты?

Алексей Абрамов: План по стандартизации в области импортозамещения фактически основан на прямом заказе со стороны минпромторга, который первым из министерств решил использовать стандартизацию как активный инструмент импортозамещения в комплексе с другими формами господдержки. Это принципиально другой подход к формированию плана по стандартизации. Поэтому, конечно, эти стандарты найдут практическое применение.

Разработка этих стандартов пойдет по какой-то ускоренной процедуре?

Алексей Абрамов: Мы будем максимально поджимать те сроки, которые можно, но нарушать процедуру не хотим. Промышленность должна иметь возможность ознакомиться с нашими проектами через публичное обсуждение и рассмотрение в технических комитетах по стандартизации.

Почему затягивается принятие закона по стандартизации? Его рассмотрели в первом чтении еще осенью.

Алексей Абрамов: Законопроект системный, затрагивает большое количество сфер, поэтому к нему такое, я бы сказал, внимательное отношение. Сегодня он находится уже на финишной прямой ко второму чтению, идет согласование деталей с комитетами Госдумы и Государственно-правовым управлением. Мы по нескольку раз прошли текст закона с разными участниками процедуры согласования, и я сейчас не вижу непреодолимых разногласий. Документ в целом готов.

Если все удачно пойдет, он заработает с 1 января?

Алексей Абрамов: Если Дума примет закон в весеннюю сессию, мы рассчитываем, что его отдельные нормы, как раз для решения задач по импортозамещению, вступят в силу через 90 дней после официального опубликования. В частности, речь идет о возможности использовать ссылки на стандарты в нормативно-правовых актах. Очень важно как можно быстрее дать минпромторгу и другим министерствам, проводящим работу по импортозамещению, возможность ссылаться на существующие стандарты.

Система ссылок на стандарты в нормативных актах и при госзакупках сделает их в какой-то степени обязательными?

Алексей Абрамов: Это сложная конструкция, сочетание правового и нормативно-технического регулирования. Я считаю, что юридическая природа стандарта не меняется даже при условии, что на него есть ссылка в нормативно-правовом акте. Он все равно является плодом работы инженерного сообщества, и он априори доброволен. А регулятор лишь вбирает определенные положения стандарта в свое регулирование. Это, образно говоря, такой легальный плагиат.

Конечно, и сейчас ничто не мешает минпромторгу или минэнерго изложить в своем приказе или другом акте текст стандарта, просто сняв кавычки. Мы же предлагаем не цитировать его положения, а просто сделать ссылку, чтобы избавить нормативные акты от излишних технических элементов. Разумеется, тогда, когда не требуется описать особое техническое решение.

Это упростит процедуру разработки, согласования, а самое главное - юридической экспертизы. Я сам как юрист по образованию глубоко убежден, что не имеющему специальной подготовки юристу погружаться в анализ технических норм совершенно бесполезно. Может, это позволит ему со временем стать более компетентным, но вряд ли существенно улучшит качество технического нормирования в целом.

Знаете, в США, например, постулируется, что раз налогоплательщики уже единожды заплатили за разработку стандартов, то было бы странно, что какой-то орган власти не использует эти документы в своей регулятивной практике. И, соответственно, тратит дополнительные средства налогоплательщиков и время госслужащих, чтобы заново придумать то, что уже на самом деле есть.

С принятием закона стандарты станут более востребованными?

Алексей Абрамов: Конечно. Мы рассчитываем, что и для нас это станет дополнительным стимулом для принятия качественных документов, к которым у промышленности будет меньше нареканий. Сейчас к нам очень часто приходят обращения с конкретными замечаниями на конкретные тексты. Мы вынуждены к ним возвращаться и разбираться, действительно ли это ошибка или это неоправданные опасения со стороны бизнеса.

С другой стороны, фонд стандартов насчитывает 30 тысяч документов, но ко многим не было никаких обращений, они не увязаны с конкретным практическим применением. И это наша проблема в том числе.

В России придумали новый способ борьбы с коррупцией в бизнесе

Борьба с коррупцией предполагает не только наказание за совершенные преступления, но в первую очередь профилактику и предупреждение таких правонарушений. Успешной превентивной мерой может стать формирование среды, в которой взятки и откаты будут просто неприемлемы. Председатель Московского антикоррупционного комитета при Московской торгово-промышленной палате (МТПП) Мансур Юсупов рассказал "РГ" о мерах противодействия коррупции внутри компаний, воспитании антикоррупционного мышления и информационных технологиях, способствующих снижению уровня коррупции.

Какие инициативы сейчас реализуются в России для устранения коррупционных барьеров для бизнеса? Может быть, уже есть результаты ранее запущенных инициатив и программ?

Мансур Юсупов: Одним из самых заметных антикоррупционных событий является принятие по инициативе российского предпринимательства еще в 2012 году программного документа "Антикоррупционная хартия российского бизнеса". В нем подробно изложена позиция самого бизнес-сообщества выстраивать свою деятельность без коррупционных факторов, в том числе так называемый отказ от коррупционной схемы заключения всех договоров, контрактов и многих других финансовых операций. Этот документ был подписан в числе первых такими крупными предпринимательскими сообществами России, как Торгово-промышленная палата РФ (ТПП), Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП), "Деловая Россия" и "ОПОРА России". За ними последовали такие крупные бизнес-структуры, как "Газпром", Роскосмос, "Роснефть", и более 400 коммерческих организаций. Сегодня ведется реестр таких организаций, подписавшим программу вручается сертификат участника.

Это уже конкретный результат, реальный инструмент недопущения и предупреждения коррупционных факторов самим предпринимательским сообществом, самим бизнесом. К сожалению, на мой взгляд, эта инициатива еще слабо развита. МТПП известны другие факты, когда многие компании сами начали разрабатывать антикоррупционные меры с учетом специфики своей деятельности. Всем надоело платить откаты и взятки.

В борьбе с коррупцией зарекомендовала себя такая мера, как минимизация личного общения чиновников с представителями компаний и физлицами. На каких информационных площадках реализован этот принцип?

Мансур Юсупов: К специализированным автоматизированным системам противодействия коррупции можно отнести Единую информационную систему Федеральной службы по финансовому мониторингу, становление которой определяется Концепцией национальной стратегии противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, утвержденной президентом РФ в июне 2005 года. Система, получая информацию из различных источников, позволяет ее обрабатывать и анализировать, в том числе выявлять операции, связанные с легализацией доходов, полученных при проявлении коррупционных отношений. Для противодействия коррупции могут быть использованы и определенные функциональные подсистемы АИС "Налог", автоматизирующие контрольную и аналитическую деятельность подразделений Федеральной налоговой службы. В результате инспектору и бухгалтеру нет необходимости встречаться лично, за счет чего снижаются коррупционные риски.

Наверное, есть примеры в закупках?

Мансур Юсупов: Да, официальный сайт РФ для размещения информации о заказах zakupki.gov.ru и Портал государственных и муниципальных услуг gosuslugi.ru являются примерами результативных государственных ресурсов, чье создание повысило прозрачность деятельности органов государственной и муниципальной власти, а также выстроило безопасное с коррупционной точки зрения электронное взаимодействие между чиновником, гражданином или бизнесом. Однако необходимо дальнейшее совершенствование программного обеспечения этих и других видов государственных, муниципальных информационных ресурсов, в том числе институтов гражданского общества для совершенствования создания специализированных компонентов, противодействия коррупции на примере сеульской антикоррупционной программы OPEN. Это простой, удобный и результативный механизм. Он дал гражданам возможность контролировать прохождение своего заявления, обращения, просьбы, письма в государственных структурах. С введением этой программы в южнокорейском городе Сеуле коррупция сократилась в шесть раз.

Государством принят ряд программ, направленных на антикоррупционное просвещение. Кто будет доносить антикоррупционную информацию до людей?

Мансур Юсупов: Важнейшую роль в антикоррупционном просвещении населения играет освещение в СМИ антикоррупционной политики государства, конкретных результатов борьбы с коррупцией, создание атмосферы нетерпимости к фактам коррупции. В апреле 2014 года утверждена государственная программа "Антикоррупционного просвещения на 2014-2016 годы". Кроме того, в июле 2014 года принят Федеральный закон N 212-ФЗ "Об основах общественного контроля в Российской Федерации". Этот документ подтверждает полномочия общественных, негосударственных структур в области противодействия коррупции, и в том числе в сфере использования информационных технологий.

"Воспитывать" планируется только широкие массы?

Мансур Юсупов: Антикоррупционное воспитание, просвещение и обучение рассматриваются в РФ как важнейшее направление противодействия коррупции в системе государственного управления. Просвещение и воспитательная работа по формированию у студентов антикоррупционного мировоззрения являются частью антикоррупционной государственной политики по устранению причин и условий, порождающих и питающих коррупцию в разных сферах жизни. С учетом этого подписано распоряжение правительства РФ "Об утверждении Программы по антикоррупционному просвещению на 2014-2016 годы".

Что это за документ? Какие меры им предусмотрены?

Мансур Юсупов: Документ представляет собой программу, предусматривающую реализацию 22 мероприятий, направленных на повышение правовой грамотности, общего уровня правосознания и правовой культуры граждан, воспитание нетерпимости к коррупционным правонарушениям. Эти мероприятия будут реализовываться федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов РФ с участием Генеральной прокуратуры и Следственного комитета. К антикоррупционному просвещению также будут широко привлекаться все образовательные и учебные организации, некоммерческие организации и средства массовой информации.

Кто именно будет обучаться по таким программам?

Мансур Юсупов: В течение ближайших двух лет планируется проработать вопрос о включении элементов по популяризации антикоррупционных стандартов в программы общего, среднего профессионального и высшего образования. Причем во многих вузах антикоррупционные курсы уже включены в программу. Ожидаемым результатом будет подготовка человека, умеющего вести с представителями властных структур диалог на правовой основе, избегая подкупа, взяточничества и других неправомерных действий; человека, умеющего решать бытовые проблемы, связанные с коррупцией, на основе сформированной информационной, личностной и гражданско-правовой компетентностей.

Минэкономразвития предложило смягчить требования к заказчикам в бизнесе

Обязательный годовой объем закупок у субъектов малого и среднего бизнеса (МСБ) скоро должен составить 18%. Предписывающее увеличение доли (МСБ) в закупках правительственное постановление от 11 декабря 2014 г. N 1352 с 1 июля 2015 г. распространяется на компании с госучастием, годовой объем выручки которых составляет более 10 млрд руб., а с 1 января 2016 года и на все остальные. Однако минэкономразвития выступило с предложением снизить долю, руководствуясь тем, что требование закупать 18% работ и услуг у малых и средних компаний возникает со второй половины года, в то время как основные закупки уже проведены в первом полугодии.

Последнее время госкомпании провели большую работу по увеличению закупок у МСБ. В компаниях с госучастием начали создаваться совещательные органы по вопросам эффективности госзакупок, были утверждены программы партнерства с малым бизнесом. "Но до сих пор результаты нашего мониторинга выявляли достаточно низкий уровень выполнения правительственных директив. К примеру, из 664 акционерных обществ, которым были направлены поручения, лишь 40 создали совещательный орган, отвечающий за общественный аудит эффективности проводимых закупок, только 10 разработали программы партнерства с субъектами МСБ", - говорит Сергей Фахретдинов, член президиума генсовета "Деловой России".

Очевидно, что госкомпании готовятся к реализации документа медленнее, чем это следует делать. Минэкономразвития предложило смягчить предъявляемые к заказчикам требования и снизить долю малых и средних предприятий в закупках крупных госзаказчиков с 18 до 9% с учетом субподряда, а долю прямых договоров - с 10 до 5%.

Кроме требований, которые начинают действовать не с начала, а с середины года для выхода на большие объемы закупок у МСБ необходимо провести ряд усовершенствований. Это размещение информации о заказах на портале zakupki.gov.ru и использование пяти основных тендерных площадок для проведения закупок у МСБ (сейчас госкомпании в основном размещают заказы на собственных площадках, каждая из которых требует от участников значительную абонентскую плату). "Необходимо рекомендовать главам регионов перейти на централизованную систему закупок. Когда закупками занимаются профессионалы данной сферы", - отметил генеральный директор Национальной ассоциации института закупок (НАИЗ) Сергей Габестро. Это унификация требований к электронной цифровой подписи (ЭЦП). Сейчас каждая из площадок устанавливает собственные требования к ЭЦП. Это приводит к тому, что для участия в закупках на любой площадке нужна отдельная ЭЦП, что довольно затратно. В результате вокруг таких площадок собирается много "своих" компаний, конкуренция на таких торгах отсутствует. Проблему могла бы решить разработка единых правил проведения торгов на электронных площадках и использование единой электронной подписи для участия в них. Торгово-промышленная палата РФ (ТПП) в свою очередь предлагает сформировать реестр поставщиков из числа малого и среднего бизнеса. Это значительно упростит подтверждение статуса компании при участии в закупках.

Внимание следует уделить и качеству созданных совещательных органов. Из 40 созданных совещательных органов по общественному аудиту эффективности закупок не более десяти можно считать работающими эффективно. Большинство же из них состоит из работников структурных подразделений самой компании, ее дочерних и аффилированных с ней структур. Поэтому необходимо определить состав совещательных органов. Решения этого вопроса намерена добиваться рабочая группа Агентства стратегических инициатив.

Также не понятно, каким образом планируется противостоять мошенническим схемам, к примеру, самым популярным из них. "Создается компания с одним учредителем и уставным капиталом в 10 тысяч рублей - формально это малая компания, которой уже можно отдать подряд, а по факту - предприятие, обладающее ресурсами и возможностями крупной организации, - рассказывает генеральный директор юридической компании URVISTA Алексей Петропольский. - Таким игрокам, учитывая их истинные масштабы, любые работы обойдутся гораздо дешевле, чем малому предприятию". Поэтому на аукционе они предложат максимально низкую цену за контракт - и выиграют. Настоящие малые компании, которые готовы выполнить заказ за среднюю стоимость, останутся в стороне. Кроме того, правила торгов часто позволяют аффилированным компаниям оттеснять из конкурса остальных. "Вот пример из практики: начинаются торги, в аукционе участвуют две аффилированные компании, - говорит Алексей Петропольский.-- За первую секунду торгов, когда еще не успела обновиться страница, цену предлагает одна компания, потом с шагом вниз на грани себестоимости выступает вторая компания. Ниже заявленной ею суммы войти в торги физически невозможно. Выигрывает компания, которая за копейки готова выполнить работу. Потом она оказывается несостоятельной, теряет обеспечительный взнос в размере 10%, и тендер исполняет первый участник".

Сегодня к проблеме закупок более всего подходит выражение о том, что "верхи не хотят, а низы не могут". "У предпринимателей зачастую нет достаточного опыта в подготовке к закупкам, не хватает человеческих ресурсов, более того, многие субъекты МСБ вовсе не верят в положительный результат участия в торгах", - отмечает председатель Комитета по экономике Московского отделения "ОПОРЫ России" Алексей Каневский. Госкомпании также не заинтересованы в увеличении доли закупок у малого и среднего бизнеса. "Они привыкли работать с проверенными поставщиками работ и услуг, которые могут дать понятный результат, - поясняет Каневский. - Более того, не все госзаказы содержат так называемую тему для малых предприятий, и чтобы соблюсти 18-процентную квоту, надо дробить какой-то опцион и выделять некоторые малые формы в отдельный аутсорсинговый проект, что требует административных и финансовых затрат".

Для россиян введут обязательный соцплатеж

Роструд ужесточит меры по борьбе с нелегальной занятостью в России. В числе возможных мер - введение обязательного социального платежа, взимаемого со всех граждан, достигших 18 летнего возраста за исключением официально трудоустроенных, зарегистрированных безработных, студентов, пенсионеров и других льготных категорий. Об этом говорится в официальном сообщении Роструда.

По словам замруководителя ведомства Михаила Иванкова, помимо социального платежа решить проблему нелегальной занятости могут проверки доходов граждан при оказании определенных видов услуг и сопоставление фактического размера прибыли со взносами в Пенсионный фонд России. Иванков добавил, что также возможно внесение изменений в законодательство, ограничивающих доступ к системе госзакупок предприятий, имеющих задолженность по заработной плате, уплате налогов в социальные фонды или не имеющих официально принятого на работу персонала.

Кроме того, Роструд предлагает предусмотреть для подрядчиков, выполняющих госконтракты, обязанность собирать и представлять данные об отсутствии задолженности и "теневых" трудовых отношений в субподрядных организациях.

Между тем ведомство уже заключило соглашения с руководством большинства российских регионов. Благодаря этим договоренностям до конца года планируется легализовать 4 миллиона работников. Ранее Михаил Иванков отмечал, что, по оценкам Роструда, около 15 миллионов граждан работают в России незаконно. Он уточнял, что перед ведомством стоит задача в ближайшее время снизить объем теневого сектора рынка труда на 30 процентов. Пока же с начала года в России было выявлено около 270 тысяч человек, которые трудились нелегально.

Глазьев призвал снизить налоговое бремя для бизнеса

Налоговое бремя в России избыточно для бизнеса и недостаточно для населения. Кроме того, кредиты практически недоступны для предприятий несырьевого сектора. Об этом сказал советник президента России Сергей Глазьев на съезде "Деловой России".

"Анализ структуры налогообложения говорит о том, что в целом у нас налоговое бремя небольшое, но для бизнеса оно избыточное, а для граждан - наоборот, низкое по сравнению с другими странами. В итоге получается перекос, который усиливается", - сказал он.

Глазьев раскритиковал предпринятый налоговый маневр, отметив, что он пошел на пользу сырьевому экспорту. В итоге, Глазьев назвал его не стратегическим маневром, а "стратегическим промахом".

Еще более сложной, с его точки зрения, в России является ситуация в кредитной сфере, поскольку для большей части предприятий несырьевого сектора займы практически недоступны и крайне обременительны. В итоге требуется кардинальное изменение денежно-кредитной политики Центробанка. Через пару месяцев появится проект основных направлений единой денежно-кредитной политики.

"Если мы там не увидим ничего нового в смысле расширения кредитования производственной сферы, включая экспортеров, то, я думаю, все наши благие пожелания придется опять откладывать в "долгий ящик", - подчеркнул он. И добавил -  сейчас единственным источником кредитных ресурсов является Банк России.

"Если в рыночных развитых экономиках обычно население является кредитором, сбережения населения через финансовых посредников направляются в развитие экономики, то у нас финансовые посредники так умудрились закредитовать население, что оно из нетто-кредитора становится нетто-должником", - сказал советник президента. Общая нехватка кредитных ресурсов для экономики превышает 7 триллионов

В эту сумму, в частности, входят средства, которые российская экономика должна вернуть по западным кредитам. "Если денежная политика не изменится, то весь джентльменский набор институтов поддержки экспорта так и останется микроскопическим по сравнению с потребностями", - сказал Глазьев. Он считает, что без кардинального изменения денежно-кредитной политики, многократного расширения каналов поддержки экспорта темпы экономического роста мы не сдвинем.

Кроме того, по словам Глазьева, в России излишне высокие цены на услуги естественных монополий, которые, в частности, сдерживают развитие экспорта.

Что изменит в нашей жизни июнь

Над средствами для мытья посуды, лосьонами, дезодорантами и прочими косметическими и чистящими средствами нависла угроза.

Если в их составе более 0,5 процента спирта, то с 1 июня производителям придется серьезно потратиться. И не все, судя по прогнозам экспертов, потянут такие расходы. Значит, товара на полках

27 мая 2015